История болезни
Началось все в три года, когда воспитательница в детском саду заперла меня в чулане и держала там до тех пор, пока я не начала заикаться. До 18 лет (т.е. когда я жила в Хабаровске), я была уверенна, что при моей внешности, это скорее проблема моих слушателей, чем моя. Но в Израиле участливые дяди и тети со всех сторон принялись объяснять мне, что это не так, а, поскольку, минимальными знаниями по теме они в большинстве своем не обладали, то, в конце концов, начали сводить меня с ума. После очередного предложения (что-то типа «Почему ты не делаешь операцию во рту») вопрос о том, чтобы стать пациентом, уже не оспаривался, оставалось только решить, к кому идти – к психиатру, или к психотерапевту. Но вторые беспомощно разводили руками, не забывая взять с меня кучу бабок за свои сеансы, а к первым пока что идти не хотелось. Это могло бы кончиться очень грустно, но кончилось очень весело – копаясь в просторах рунета, я нашла-таки свое спасение. Оказывается, в Москве не только знают, что такое заикание, но даже умеют от него избавлять при помощи методики Некрасовой. Вкратце, это логопсихотерапия, занятия в группах, каждый день, в течение полутора месяцев – и выходишь оттуда со странным ощущением, что революция, о которой так долго говорили… в общем, что она свершилась.
Продолжить читать "Москва – не заграница"